С 2022 году необходимые лекарства могут сделать бесплатными для всех

С 2022 году необходимые лекарства могут сделать бесплатными для всех


ЗАДАЙТЕ ВОПРОС ЮРИСТУ!

Наполняйте корзину в бюджетном китайском интернет-магазине.

Бесплатные лекарства в России. Сколько и для кого

Министерство здравоохранения готовит новые правила лекарственного обеспечения. Выиграют ли от этого или проиграют наши сограждане?

Бесплатные лекарства в России. Сколько и для кого

Фото: Nikolay Gyngazov/Globallookpress

В ближайшие годы вся система лекарственного обеспечения в России может быть реформирована. Нельзя исключить, что уже в 2022 году для пациентов необходимые им препараты станут бесплатными. Как известно, на сегодняшний день такого рода лекарства могут получить только льготники и пациенты в стационарах. Казалось бы, от новой программы Минздрава выигрывают все. Качество охраны здоровья, особенно для малоимущих групп населения, должно резко повыситься.

Но у любых подобных преобразований есть и свои подводные камни. Попробуем с ними разобраться.

Фото: Nikolay Gyngazov/Globallookpress

Дороговизна проекта и ограничительные меры

Понятно, что бесплатные лекарства для всего населения страны – очень дорогое удовольствие. Государство готово на него потратить около триллиона рублей из бюджета. Таким образом, расходы на здравоохранение автоматически резко возрастут. Однако для того, чтобы траты не стали для казны непомерными, тут же вводятся принципиально новые ограничительные меры. В данном случае – и это принципиально важно – речь идёт вовсе не о стоимости отдельных препаратов, а о совершенно новом для России понятии – порогах готовности государства платить за год качественной жизни одного человека.

По словам главного разработчика проекта, главы «Центра экспертизы и контроля качества медицинской помощи» Виктора Омельяновского, уже определены предварительные границы этих порогов, которые будут предложены Министерству здравоохранения. Для обычных больных – около 1 миллиона руб. в год, для онкологических – 6-7 миллионов руб. и для больных орфанными, то есть редкими болезнями – 20-22 миллиона рублей.

Это не цена годовой терапии

Однако не надо обольщаться. Вышеприведённые достаточно щедрые показатели – это вовсе не цена годовой терапии, а сложное медико-статистическое понятие, в принципе достаточно абстрактное для конкретного человека. По словам Омельяновского, полученную стоимость лечения необходимо соотносить с эффективностью и учётом качества жизни пациента. В итоге получается – чем больше эффект, тем меньше стоит сохранённый год качественной жизни. Если человек, к примеру, выжил и остался инвалидом – это гораздо хуже, чем если он выжил и полностью самостоятелен.

На самом деле этот показатель – QALI (quality-adjusted life years) – давно уже принят на Западе, и как он будет работать в России, пока неизвестно. По крайней мере в других областях нашей жизни прямая калька с западных образцов часто заканчивалась хаосом и кошмаром. Очень хотелось бы, чтобы в деле лекарственного обеспечения этого удалось избежать.

Однако сравнить можно. В принципе отечественные цифры порога готовности платить мало чем отличаются от показателей в той же Великобритании. Там этот порог составляет 20-25 тысяч фунтов, то есть около 2,5 миллиона рублей в год без различения заболеваний. У нас, если взять в среднем, получается ненамного меньше.

Какие именно препараты мы будет получать бесплатно? 

Разумеется, этот вопрос волнует почти всех пациентов. Не случится ли так, что от государственных щедрот нам достанутся только самые элементарные и дешёвые лекарства, а современные инновационные препараты станут ещё менее доступны, чем сейчас?

Разработчики проекта заверяют, что этого ни при каких обстоятельствах не произойдёт.

Если препарат дорогой, – объяснил Виктор Омельяновский, – это вовсе не означает, что он не попадёт в список. Просто вопрос будет требовать более пристального обсуждения, более внимательного разбора. Решение ведь принимает комиссия. И мы предлагаем ограничивать препараты не по цене, а по стоимости дополнительного эффекта, это важно. Если дорогой препарат будет отлично работать, то получит свой «проходной балл».

На московском предприятии по производству лекарств. Фото: Komsomolskaya pravda/Globallookpress

Борьба с засильем фармацевтических компаний

Ни для кого не секрет, что фармацевтические компании заинтересованы в продвижении своего продукта любой ценой и часто используют врачей для популяризации новых лекарств с недоказанной эффективностью. Предложенные методики в принципе призваны затруднить этот процесс. Государство должно быть более осторожно и профессионально в вопросе выбора препаратов, чем отдельные пациенты.

Однако если вспомнить, что творится в стране с госзакупками, возникают сомнения и в эффективности предложенных методов.

А что сейчас? На сегодняшний день состав списков ЖНЛП (жизненно-необходимых лекарственных препаратов) занимается специальная комиссия при Минздраве. К её работе всегда было множество нареканий и вопросов. По словам Омельяновского, всё дело в том, что в стране до сих пор не работает показатель «стоимости года качественной жизни». У членов комиссии просто нет критериев, на которые они могли бы ориентироваться.

Новое неравенство

Самое опасное, что новые правила могут привести к возникновению ещё одной области вопиющего социального неравенства, на сей раз уже в чисто экзистенциальной ситуации, перед лицом жизни и смерти. Стоимость «года качественной жизни» у тех пациентов, которых медицинские учреждения по отработанным методикам посчитают «безнадёжными» или «находящимися в критическом положении», неминуемо взлетит до небес.

Помимо нравственного аспекта подобное неравенство ещё и антиконституционно по существу, так как Конституция гарантирует всем гражданам право на адекватную медицинскую помощь.

 Фото: Alexander Legky/RussianLook/Globallookpress

Эксперты из минздравовского центра «экспертизы и контроля» обходят этот вопрос с казуистической лёгкостью:

Конституция нам не говорит, как быть в конкретной ситуации, а гарантирует право пациента на помощь. Но сама программа лечения определяется государством, а не больным и не сотрудниками фармацевтических компаний, которые продвигают свои продукты.

Конечно, определённая правда в этом взгляде есть, но никто ведь не давал чиновникам от медицины права лишать человека последней надежды? И как здесь провести разумную границу?

Кроме того, следует заметить, что раньше люди думали, что программа их лечения определяется врачом. Теперь, если верить эксперту Омельяновскому, она «определяется государством». Разумеется, процесс обезличивания медицины начался не сегодня и закончится не завтра, но всё же мы должны помнить, что формализация, стандартизация и следующее за ними бюрократическое бездушие способны погубить любые начинания. Даже, на первый взгляд, самые благородные.

tsargrad.tv